Преступление и наказание

331I«Неужели это продолжение сна?» — подумалось еще раз Раскольникову. Осторожно и недоверчи-во всматривался он в неожиданного гостя.— Свидригайлов? Какой вздор! Быть не может! — проговорил он наконец вслух, в недоумении.Казалось, гость совсем не удивился этому воскли-цанию.— Вследствие двух причин к вам зашел: во-пер-вых, лично познакомиться пожелал, так как давно уж наслышан с весьма любопытной и выгодной для вас точки; а во-вторых, мечтаю, что не уклонитесь, может быть, мне помочь в одном предприятии, прямо касаю-щемся интереса сестрицы вашей, Авдотьи Романовны! Одного-то меня, без рекомендации, она, может, и на двор к себе теперь не пустит, вследствие предубежде-ния, ну, а с вашей помощью я, напротив, рассчиты-ваю...— Плохо рассчитываете, — перебил Раскольников.— Они ведь только вчера прибыли, позвольте спро-сить?Раскольников не ответил.— Вчера, я знаю. Я ведь сам прибыл всего только третьего дня. Ну-с, вот что я скажу вам на этот счет, Родион Романович; оправдывать себя считаю излиш-ним, но позвольте же и мне заявить: что ж тут, во всем этом, в самом деле, такого особенно преступного с моей стороны, то есть без предрассудков-то, а здраво судя?Раскольников продолжал молча его рассматривать.— То, что в своем доме преследовал беззащитную девицу и «оскорблял ее своими гнусными предложе-ниями», — так ли-с? (Сам вперед забегаю!) Да ведь предположите только, что и я человек есмь, et nihil