Дети подземелья

257нельзя будет добыть самому тойону-исправнику... Податей платить, понятно, он также не будет...Трезвый он оставлял эти мысли, быть может сознавая невозможность найти такую чудную го-ру; но пьяный становился отважнее. Он допускал, что может не найти настоящую гору и попасть на другую. «Тогда пропадать буду», говорил он, но все-таки собирался; если же не приводил этого на-мерения в исполнение, то, вероятно, потому, что поселенцы-татары продавали ему всегда скверную водку, настоянную, для крепости, на махорке, от которой он вскоре впадал в бессилие и становился болен.IIДело было в канун Рождества, и Макару было из-вестно, что завтра большой праздник. По этому слу-чаю его томило желание выпить, но выпить было не на что: хлеб был в исходе; Макар уже задолжал у местных купцов и у татар. Между тем завтра боль-шой праздник, работать нельзя,  — что же он будет делать, если не напьется? Эта мысль делала его не-счастным. Какая его жизнь! Даже в большой зим-ний праздник он не выпьет одну бутылку водки!Ему пришла в голову счастливая мысль. Он встал и надел свою рваную сону (шубу). Его жена, креп-кая, жилистая, замечательно сильная и столь же замечательно безобразная женщина, знавшая на-сквозь все его нехитрые помышления, угадала и на этот раз его намерение.— Куда, дьявол? Опять один водку кушать хо-чешь?— Молчи! Куплю одну бутылку. Завтра вме-сте выпьем.  — Он хлопнул ее по плечу так сильно, что она покачнулась, и лукаво подмигнул. Таково женское сердце: она знала, что Макар непремен-но ее надует, но поддалась обаянию супружеской ласки.