Вера и знание в единстве мировоззрения (опыт начал критической монадологии)

I I I . Уже давно совершающееся на нашихъ глазахъ, но лишь въ нослѣдніе годы захватившее своею волной и область религіозпой жизии, систематическое исключепіе изъ умственнаго обихода че­ловечества всякаго помысла о мірѣ трансцендептпомъ, лежащемъ за пределами всего опытпаго, вслкихъ земныхъ, нравственныхъ и безнравственныхъ отношеній, всякихъ осуществимыхъ въ земномъ, опытномъ мірѣ задачъ и надеждъ,—представляется намъ убійственнымъ и для духовпой жизпи человѣка вообще, и для его религіозиой жизни и настроенія въ особенности. Рели­гия, не признающая никакой области трансцепдептпаго — ничего, лежащаго за предѣлами земнаго, опытпаго міра и жизпи, и пи-какихъ личпыхъ отношепій человѣка къ этому трансцендентному міру,—есть все что угодно, только нерелигія. Самая потребность человѣчества въ религіи, отъ самой колыбели его до последнихъ дней,—есть именно потребность въ міре трансцендентномъ, вос-полняющемъ все несовершенства, исправляющемъ все зло, всю неправду и всю безсмыслениую, часто ничемъ видимымъ не оправдываемую случайность и муку его опытнаго, земнаго бытія > Ни па какой ступени своего умственнаго и нравственнаго развитія, пи на низшей, ни па высшей, не даетъ ему это его бытіеудовле-творепія его глубочайшихъ жизиепнейшихъ потребностей, логи-ческихъ и нравственныхъ. Никогда пе даетъ оно ему и достаточ­ной опоры и руководства въ жизни. Никогда незаконченное, случайное и изменчивое, вечно спорное и сомнительное знаніе окружающаго его и доступнаго его опыту міра; полная невозможность даже гадательнаго пониманія этого міра, пе выходя за пределы того, что человеку непосредственно да­но въ его опыте и что само ио себе о своемъ смысле ничего пе