Тем более что жизнь короткая такая…

Часть шестая1Мне скоро двадцать семь лет, и я упиваюсь, читая первую публика-цию своей жены. Рассказ Марины «Венская чашечка» напечатал жур-нал «Пионер».В «Пионере» работает мой с Чухонцевым приятель Серёжа Арта-монов. Я принёс ему рассказ, но не сказал, чей он. А фамилии Марины Серёжка не знает. Он позвонил мне довольно быстро, сказал, что рас-сказ всем в журнале нравится, и они откроют им 1967-й год. И как ему связаться с автором? Нужна её фотография: не в купальнике, конечно, но и не паспортная. Я сказал, что фотографию достану, а насчёт рас-сказа он и сам может сказать автору, который сидит и смотрит на меня.До Артамонова, кажется, что-то начинает доходить. «Погоди,  — говорит он, — это не Марина ли?» «Марина, — говорю, — она же под-писалась». «А у вас что — разные фамилии?» «Догадался», — смеюсь. «Ну дай мне её», — просит. Я передаю Марине трубку.Серёжка говорит ей о рассказе, спрашивает, нет ли ещё чего-нибудь. Марина сияет. Обещает написать рассказ специально для «Пионера».И всё же мы оба решили, что радоваться рано. Надо дождаться пу-бликации. Имеем уже печальный опыт.В 1963-м году, когда нашему сыну Косте был год, Марина жила с ним на даче в Зосимовой Пустыни. Было много неудобств: за водой надо было ходить не близко, готовить на керосинке: электричество бывало далеко не всегда. Над керосинкой же ежедневно сушилось детское бельё. Хотя печка была, но она не грела. Отец, чтобы не пла-тить дорого, строил дом сам с нанятыми мастерами. Дом оказался щелястым, и тепло выдувало сквозь щели: нужно было исхитрить-