О счастье физической любви

уже несколько лет и, несомненно, пролежит еще оченьдолгое время. Ее интересовали мои методы быстройтерапии, но она находила их весьма своеобразными!Думая о ее очаровательном саде и наших дискуссиях,я вспомнила о знаменитом психоаналитике начала века.То была принцесса, и ее звали Мари Бонапарт. Летомона принимала пациентов в своем парке. Мне кажется,это было где-то в районе Булонского леса. Мари Бона-парт происходила из аристократической и богатой се-мьи, а училась у Фрейда. Как и все терапевты, она имеладело с фригидными пациентками, которые приходили кней за консультацией. Похоже, психоанализ не позволялей найти подходящее решение, ибо вместо того, чтобылечить их симптом под шелковым навесом деревьевпарка, она отправляла своих пациенток к другу-хирургу.Этот хирург разработал операцию на вульве,смысл которой состоял в сближении клитора и устьявлагалища!1Один из величайших парадоксов психо-анализа в том, что он прежде всего настаивает на важ-ности человеческой сексуальности, почти полностьюотрицая ее в отношении некоторых людей.Время шло, психоанализ, особенно французский,перестал считать приоритетом лечение и излечениебольных. Некоторые виды лечения стали болеефилософскими, чем терапевтическими, а их продол-жительность ныне рассматривается как совершеннонеподходящая для современного мира, особенно вплане экономики. Можно сказать, что произошладегуманизация психоанализа.Вот почему открытие работ Милтона Эриксона огипнозе стало поворотным моментом в моей профес-сиональной и личной жизни.84ФРЕДЕРИКА ГРЮЙЕР1Детальный отчет об этом психоаналитическом и хирургиче-ском бреде в книге Ce paradis trop violent,уже цит.