Мое обращение и жизнь на св. Афонской Горе. Моя литературная судьба

любезнее со мной. По всему этому мне хотелось, чтобы он не считал менявполне от себя зависимым и себе слишком обязанным и чтобы думал, чтоя и с нашим министерством остался в хороших отношениях. Он похвалил эту мысль служить в Москве и сказал, что занятиям у негоэто, конечно, мешать не будет. Он назначил мне через несколько дней свидание в грязной своейредакции, и мы расстались. В большой гостиной я увидал с кем-топосторонним моего горбатого однофамильца. Он почти вскочил и подошелко мне с большим embressement и с улыбкой всегда гораздо более живой иискренней, чем гадкая улыбка его знаменитого коллеги. Я поздравил его снедавним спасением (от револьвера Каткова-брата) и он, по-видимому,принял это хорошо. Он мне нравится давно, уже гораздо больше Мих.Н-ча. Я уехал с Остоженки и еще раз мысленно и в теории изгнал их всех:Mad. Katkow en bete из прекрасного жилища и снова населил егоХитровыми, Игнатьевыми, Ону, Нелидовыми, Мурузи (вопреки Цертелеву иЗыбину) и т. д. Все эти люди могут иметь свои недостатки инесовершенства, но это живое общество, а не ученое, скучное хамство...Эти люди, с которыми дышится легко даже и в минуту распрей. Теперь я срадостью оставляю редакцию и поговорю немного о других моих встречахв Москве. Иные из них гораздо лучше и занимательнее редакционных дел.Редакции -это кухни, или еще хуже -- клоаки, ватерклозеты литературы.Что делать! теперь без них и поэзия невозможна. Я говорю -- теперь, ибобыли же счастливые времена, когда столько великого и столько изящноголюди создавали и распространяли без помощи ватерклозетов. Прощаясь,хотя к несчастью и не надолго с Катковым, я замечу мимоходом, что удругих редакторов еще обстановка, по крайней мере, лучше. Напр.,редакцию Голоса можно назвать отхожим местом морально, ибо здесьцарствует демократическое зловоние самого лукавого и подлого оттенка;но, по крайней мере, у Краевского в доме хорошо, на банкирскийбуржуазный манер, на средне-петербургский, но все свежо, очень чисто,просторно и не без вкуса...