Полное собрание сочинений

32 СОЧИНЕНШ А. е. ПИСЕМСКАГО незвашю бальпыхъ обычаевъ, ему и въ голову не при­ходило, что танцовать съ одной дамой целый вечеръ не принято въ обществ^. Настенька не могла более владеть собой: ссылаясь на головную боль, она быстро отошла отъ навявчиваго кавалера, подошла въ отцу, который, съ довольнымъ и простодушнымъ видомъ, сидйлъ около карточного стола; но, вглянувъ на нее, онъ дайке испугался — такъ она была бледна. — Что такое съ тобой, душа моя? — спросилъ онъ съ бевповойствомъ. — Пойдемте домой: мне дурно, — отвечала На­стенька. — ПоЪдемъ, поЬдемъ. Ахъ, какая ты слабая! — говорилъ старикъ вставая. — Извините, ваше превосхо­дительство, — проговорилъ онъ, проходя гостиную: — захворала вонь у меня. Прйхавъ домой, Настенька свой бальный нарядъ не сняла, а сбросила и кинулась на постель. Н а другой день проснулась она съ распухшими отъ слезъ глазами и дала себё слово не ездить больше никуда. Чтете сде­лалось единствеинымъ ея развлечешемъ. Она читала все, что только ей попадалось подъ руку. Русскихъ книгъ стало, наконецъ, недоставать. Настенька объявила отцу, что хочетъ учиться французскому языку. Старикъ, хо­рошо знавппй этотъ языкъ, по дурно произносивппй, взялся учить ее. Настенька занималась день и ночь, и въ полгода почти свободно читала. Все это, конечно, образовало и развило ее въ умственномъ отношенш, но вместе съ темъ сильно раздражило ея воображеше. Она начала жить въ вакомъ-то особенномъ м1рочке, напол-ненномъ Гомерами, Орасами, Онегиными, героями фран­цузской револющи. Любовь женщины она представляла себе не иначе, какъ чувствомъ, въ основанш котораго должно было лежать самоотвержеше, жизнь ьъ обще-