Дочь Рагуила

долой, из сердца вон». Да были и другие обстоятельст-ва, содействовавшие этому. «Спящий в гробе мирно спи, жизнью пользуйся живущий!» А как же не пользоваться жизнью молодо-му, только начинающему жить существу? Ведь в годы юности жизнь так хороша, так отрадна, так привлека-тельна. Много она сулит неведомого, светлого счастья, дивных радостей, и вряд ли у кого хватило бы духа от-казаться от них. А Вера Петровна была молода. Жизнь улыбалась ей и манила в свою привлекательную даль. Жажда лично-го счастья захватила ее. Вере хотелось жить, любить и быть любимой. Все печальные случаи ее короткого прошлого толь-ко распаляли в ней жажду счастья и любви и не вызы-вали ропота на свою судьбу лишь потому, что Вера Петровна, по своей молодости, не умела разобраться ни в своих чувствах, ни в ощущениях. Когда она в девятый день была на могиле Евгения Степановича, к ней подошел Твердов. Николая Ва-сильевича она знала мало, больше понаслышке, но все-таки заметила его еще тогда, когда была невестой Гар-дина, и тогда уже невольно сравнивала со своим наре-ченным. Евгений Степанович был добрый, простой, наивный, как дитя, но вместе с тем мало развит, почти необразован. Твердов совершенно напротив. Был ли он добр, Вера Петровна не знала, но его нравственное превосходство сразу бросалось в глаза. Твердов отли-чался хорошими манерами и разносторонним образо-ванием. Путешествия и пребывание за границей расширили его кругозор. Поэтому он невольно обра-щал на себя внимание в обществе, к которому принад-лежали и Пастины с дочерью и покойный Гардин. А тут Вера Петровна узнала о пари, заключенном Твердовым и Филипповым. Весть об этом разнеслась 64