Экспедиция в преисподнюю

имел дело с малознакомыми механизмами, повернул рычаг до упора вправо и затем от себя. Послышался пронзительный свист. Разметаемые воздушным вихрем, выше пылающих вершин взлетели клочья горящей травы и тлеющие сучья. Танк поднялся над шоссе на воздушной подушке, на секунду замер, как бы приме-риваясь, потом медленно и плавно перенесся через бездну и, лязгнув гусеницами, мягко встал на шоссе на той стороне. – Кусайся, гадина!.. – прорычал Атос и дал полный ход. Он выдвинул танк на поляну ровно настолько, что-бы дать Арамису возможность нацелить пушку в кур-ган. Наступало утро. Розовые лучи невидимого солнца осветили верхушки деревьев, но поляна пока остава-лась в тени, и над травой висели плотные и пушистые, как вата, клочья тумана. Кругом царила тишина, и не было заметно никаких признаков жизни. – Дай предупредительный, – сказал Атос сквозь зу-бы. Длинный тонкий ствол пушки шевельнулся и чуть приподнялся. Грохнул и прокатился эхом выстрел, и сейчас же левее кроны дуба возникла мгновенная вспышка. Дуб облысел, над поляной взметнулась туча сорванной ударом листвы, и клубы черно-красного ды-ма затянули голые ветви. – Хорошо, – сказал Атос. – Теперь еще раз – пони-же. Целься прямо в развалюху... Что за чертовщина! – вырвалось у него. Он оторвался от перископа, протер уставшие от огня глаза и снова приник к окулярам. Но это был не обман зрения. Вершина кургана дей-ствительно поворачивалась вокруг оси. Движение это, вначале медленное, едва заметное, становилось все бы-стрее, и вот уже между вершиной и подножием воз-никла ровная темная щель. Еще поворот, еще – и 30