Жиды города Питера, или невеселые беседы при свечах

В двадцать лет у меня не было денег на выпивку.
ПИНСКИЙ. А у него есть! Потому что он работает! Ты в двадцать лет был маменькин сынок, а он работяга. И работа у него, между прочим, достаточно поганая. Ты бы в такой цех не пошел, носом бы закрутил...
КИРСАНОВ. Цех! Ты еще мне скажи – промышленный гигант! Кооперативная, понимаешь, забегаловка на три станка...
ПИНСКИЙ. Ну, конечно! Ну, разумеется! Ведь наши дети могут подвизаться только на великих стройках! Все-таки ты, Станислав, иногда бываешь поразительно туп. Воистину, профессор – это всегда профессор...
БАЗАРИН. Мне другое не нравится. Что это за манера такая – водить в дом иностранцев! Нашел время...
ПИНСКИЙ. Э, у них – свое время. А на наше время они поплевывают. И правильно делают...
КИРСАНОВ. Боже мой, какое счастье, что электричества нет! Ведь он, едва только приходит, как се-час же включает этот свой громоподобный агрегат... эту свою лесопилку!.. Особенно когда поддатый... И тут же, словно по заказу, взрывается оглушительная музыка. Словно заработала вдруг гигантская циркулярная пила. Впрочем, некая милосердная рука тотчас сводит этот рев почти на нет. Все трое смеются, даже Кирсанов.