Против часовой стрелки

30— Пойдем, — гостья решительно водрузила драповый монумент на лавку и вышла первой. По пути рассказала, что картошки в этом году полно, гороху тоже. А ты в «За-готзерне» вроде? Смотри, чтоб Тереха твои трудодни не про-моргал. — Убогий он, — вставила Ира, идя следом. — Убо-о-гий!.. Зато на фронт не попал. Как же: «убогий». Так и просидит всю войну у бабьих юбок. — Он не женатый разве?— Был женатый, а теперь вдовеет. Девятый год пошел. Шли молча. Ира спросила нерешительно:— Случилось что, или родами?.. — Катерина-то? Не, она легко рожала. Трое у них с Тере-хой было, два мальца и девонька, ма-а-ахонькая совсем. «С кем же он детей оставляет?» — чуть не спросила Ири-на, но запнулась о прошедшее время. — Славная девчушка была, — продолжала Поля, — Тере-ха в ней души не чаял. Все на руках ее носил, уже когда все лежали, встать не могли. Мальчишки первые померли, по-том Катя, а девонька последней. Так у Терехи на руках и ото-шла, точно уснула. — Отчего... они все?Женщина не обернулась, только шаг замедлила:— С голоду. — И снова пошла быстрее, что было очень кстати, ибо лица собеседницы не видела. Ира сама видела немного, потому что Полина спина вдруг раздвоилась, а вскоре несколько Поль то расходились веером, то сливались опять в одну, пока наконец эта одна не распахнула дверь сарая, кивнув походя на домишко рядом: «Тут я живу».