Повести и рассказы

С А М О Р О Д О К Ъ 27 Женщина, вообрази—женщина подозрѣвается... Ой-ой! Она уже совершила восемь убійствъ... Марья Никодпмовна, да это не ты-ли? Ха, ха, ха, ха!.. Ты у меня вѣдь разбой­ница. .. Ха, ха, х а ! . . А ну, заглянемъвъПарфентьевскую... Эге!.. А у Парфентьева и нѣтъ!.. Прозѣвалъ, значить... г м . . . «Похвальное слово Парфентьеву»... Ого-го! Такъ его, т а к ъ . . . Мошенникъ вѣдь онъ извѣстный... Ага, нашелся таки человѣкъ... Тутъ и про мостъ есть, помнимъ мы этотъ мостъ!.. И Сидоръ Лаврентьевичъ могъ съ увѣренностью сказать, что ни одного еще воскреснаго утра не провелъ онъ съ та-кимъ наслажденіемъ, какъ это. Но оставалась загадка: по­чему даромъ? И являлось подозрѣніе—не обманъ-ли это ка­кой-нибудь. Сидоръ Лаврентьевичъ пошелъ справиться. Онъ встрѣтилъ своего сосѣда Бнабе, владѣвшаго мѣняльной лав­кой, и только что хотѣлъ спросить его насчетъ новой га­зеты, какъ Кнабе произнесъ:—получили? — Какъ-же! отвѣчалъ Сидоръ Лаврентьевичъ и приба­вить:—просто чудеса! Къ нимъ присоединился трактирщикъ Великановъ и они пошли по указанному адресу посмотрѣть, чтб за редакція такая. Пришли и видятъ: огромная вывѣска — на черномъ фонѣ золотыми буквами: Редакція газеты «Нырскаго Все-зная». Чортъ знаетъ что такое!—Значить это фактъ! Но чтб дѣлалось на улицахъ? Народъ сотнями толпился вокругъ афишныхъ колоннъ. Въ первый моментъ всѣ были поражены. — Что тамъ такое? спрашивали прохожіе, видя, что столбы окружены толпой. — Богъ его знаетъ! Сказываютъ, будто новая газета вышла! — Чортъ ихъ разберетъ! Газета?! Какая-же это газета? Развѣ газету на столбахъ наклеиваютъ? — А видишь, нашелся такой, что наклеилъ!... Но такъ какъ толпа была густая и задніе никакъ не могли добраться до газеты, то раздавались крики: — Эй, кто тамъ поближе—грамотный? Читай вслухъ!