Повести и рассказы

28 ПОВЪСТИ И . Н . П О Т А П Е Н К О . было сходить въ мелочную лавку за деревяннымъ масломъ для лампадки. На ней была единственная сѣрая юбка, перешитая изъ праздничнаго платья Анны Степановны, коричневая фланелевая кофта, а на головѣ шерстяной платокъ. Было еще парадное платье изъ свѣтло-голубого кашемира, но оно было заперто въ шкафу въ спальнѣ и ожидало какого-то особенно торжественнаго случая. Что касается верхней зимней одежды, она была просто ужас­на: порядочно заношенная шубейка, оказавшаяся узкой Аннѣ Степаповнѣ, перешла къ ней по наслѣдству. Она была лишена всяваго фасона и имѣла видъ мѣшка, въ днѣ котораго продѣлали дыру. А между тѣмъ Марина часто смотрѣлась въ зеркало и видѣла, что у нея хорошенькое личико, привлекатель­ные глазки, бѣлая шейка, красивыя маленькія ручки, что она прекрасно сложена, изящно движется, ходить, и что вообще по всему она заслуживаетъ лучшей участи. Были и внѣшнія доказательства того, что она обладаетъ не малыми сокровищами. Еще тогда, когда она на Рожде-ствѣ ходила одна въ манежъ, какой-то усатый офицеръ долго смотрѣлъ на нее и, толкнувъ своего сосѣда лок-темъ въ бокъ, сказалъ ему: посмотри, какая хорошень­кая мѣщаночка! Да и кромѣ офицера другіе заглядыва­лись на нее, она это очень хорошо примѣчала. Часто случалось на улицѣ, когда ее посылали по дѣлу, какой-нибудь парень, а то и почтенный господинъ, уставится на нее, какъ-то особеннокрякнетъ и скажетъ: Гм... ну, и гла­зенки же у этой дѣвчонки!—или что-нибудь въэтомъ родѣ. Да Маринѣ и не нужно было доказательствъ ея кра­соты. Она очень хорошо видѣла всѣ свои преимущества. Она только не могла найти способа отыскать приложеніе своимъ способностямъ. Кругъ ея знакомствъ былъ такъ далекъ отъ того міра, о которомъ она мечтала. Это были лавочники съ ихъ улицы, два-три гробовщика съ семей­ствами, подмастерья, которыхъ она знала еще мальчиш­ками, такъ какъ они учились у ея отца, и еще дюжина столь же темныхъ и незначительныхъ людей.