Письма (1858)

Н. А. ГОНЧАРОВУ 30 июня 1858. Петербург 30 июня 1858 года. Вчера я получил твое письмо, любезнейший брат НиколайАлександрович, и отчасти не разобрал его, а на то, что разобрал, спешуотвечать. Опять-таки скажу, что мне вовсе непонятно твое смущение, когдатебе другие говорят, что "вот-де с вашим братом сделалось то или другое",чего ты не знаешь. Чего тебе тут краснеть, когда у тебя готов простойответ? Мы, дескать, не ведем переписки, перекинемся в год двумяписьмами, живем розно, не видимся по десяткам лет и оттого отвыкли, дапритом же и ленивы оба, или на меня можешь сказать - я ленив: вот и всё.Никто не станет подозревать никакой вражды. Не будем же смотреть надругих, что скажут, и будем делать, как делали. Впрочем, я всегда пишу кАнне Алекс[андровне] с просьбой передать известие и тебе: зачем женепременно нужно, чтоб и тебе особо писать? Двойной труд по пустякам. Что касается до замышляемой тобой перемены службы, то напрасно тыупрекаешь меня в неучастии: ты прежде спроси, могу ли я что-нибудьсделать? Спроси Виктора, и он тебе скажет, что я ни с кем почти не вижусьили вижусь с такими приятелями, которые так же мало значат в службе, какя, и полезны быть не могут. Если бы дело шло об определении молодогочеловека, то, конечно, я бы мог, как и всякий живущий в Петербурге, сунутьего канцелярским чиновником или много-много помощникомстолоначальника (и то уже трудно) в какой-нибудь департамент, как исделал с Виктором. Но каково же найти место человеку 50-ти лет,надворному советнику - и какое место? Если б ты был еще не женат, тогдадругое дело, ты бы мог поступить на 700 руб. сер[ебром] жалованья, аженатому человеку в провинции в наше время и с тысячью рублями труднопрожить, ты это знаешь, а в Петербурге с 1500 р. сер[ебром] семейномуедва можно прокормиться. Притом ты всё служил учителем, и во всякомдругом ведомстве тебя встретят недоверчиво, как новичка. Вон я нашелодному место - ехать вокруг света для описания путешествия; ЕфремуЕфремовичу нашел место переводчи...