Анна Каренина

Анна Каренина. Часть четвертая498принцу различными лицами русские удовольствия. Были и рысаки, и блины, и медвежьи охоты, и тройки, и цыгане, и кутежи с рус-ским битьем посуды. И принц с чрезвычайною легкостью усвоил себе русский дух, бил подносы с посудой, сажал на колени цыган-ку и, казалось, спрашивал: что же еще, или только в этом и состоит весь русский дух?В сущности, из всех русских удовольствий более всего нрави-лись принцу французские актрисы, балетная танцовщица и шам-панское с белою печатью308. Вронский имел привычку к принцам, но, — оттого ли, что он сам в последнее время переменился, или от слишком большой близости с этим принцем, — эта неделя по-казалась ему страшно тяжела. Он всю эту неделю не переставая испытывал чувство, подобное чувству человека, который был бы приставлен к опасному сумасшедшему, боялся бы сумасшедше-го и вместе, по близости к нему, боялся бы и за свой ум. Вронский постоянно чувствовал необходимость ни на секунду не ослаблять тона строгой официальной почтительности, чтобы не быть оскорб-ленным. Манера обращения принца с теми самыми лицами, кото-рые, к удивлению Вронского, из кожи вон лезли, чтобы доставлять ему русские удовольствия, была презрительна. Его суждения о рус-ских женщинах, которых он желал изучать, не раз заставляли Врон-ского краснеть от негодования. Главная же причина, почему принц был особенно тяжел Вронскому, была та, что он невольно видел в нем себя самого. И то, что он видел в этом зеркале, не льстило его самолюбию. Это был очень глупый, и очень самоуверенный, и очень здоровый, и очень чистоплотный человек, и больше ни-чего. Он был джентльмен — это была правда, и Вронский не мог отрицать этого. Он был ровен и неискателен с высшими, был сво-боден и прост в обращении с равными и был презрительно добро-душен с низшими. Вронский сам был таковым и считал это боль-шим достоинством; но в отношении принца он был низший, и это презрительно-добродушное отношение к нему возмущало его.308 шампанское с белою печатью — см. пр...