Материя и память

Этотъ образъ, эта объективная реальность отли­чается отъ образа представляемаго тѣмъ, что онъ долженъ дѣйствовать каждой своей точкой на всѣ точки другихъ образовъ, передавать совокупность всего получаемаго, про­тивопоставлять всякому дѣйствію воздѣйствіе равное и об­ратное, наконецъ, быть путемъ, по которому проходятъ во всѣхъ направленіяхъ измѣненія, распространяющіяся по необъятности вселенной. Его можно превратить въ пред­ставленіе, еслибы его можно было изолировать, въ осо­бенности его оболочку. Представленіе всегда присутст­вуетъ, но виртуальное, нейтрализованное — въ моментъ когда могло бы перейти въ дѣйствіе—необходимостью про­должаться и затеряться въ чемъ-то другомъ. Чтобы дости­гнуть этого превращенія, надо не освѣтить предметъ, а на­оборотъ, затемнить нѣкоторыя его стороны, лишитъ его большей части его самого, такъ, чтобы осадокъ вмѣсто того чтобъ заключаться въ окружающемъ, какъ в е щь , выдѣлился изъ него какъ к а р т и н а . Если живыя существа являются во вселенной „центрами непредо- предѣленности“, и если степень этой непредопредѣлен­ности измѣряется числомъ и совершенствомъ ихъ функцій, то ясно, что уже одно ихъ присутствіе можетъ стать рав­нозначнымъ устраненію тѣхъ частей предметовъ, въ кото­рыхъ функціи ихъ не заинтересованы. Они какъ бы поз­волятъ пройти сквозь себя тѣмъ внѣшнимъ движеніямъ, которыя имъ безразличны; другія выдѣленныя станутъ „воспріятіями" въ силу этого выдѣленія. Для насъ тогда все произойдетъ такъ, какъ если бы мы отражали на предметы свѣтъ исходящій отъ нихъ; свѣтъ, который проходилъ бы безпрепятственно, никогда не былъ бы замѣ­ченъ.