Чертухинский балакирь

114 Глава шестая Непромыха Заячий праздник Вошел Петр Кирилыч в большой ельник и всей грудью пере-дохнул после бобыльей зибéли. В лесу тихо и черно-зелено, в ветках только кой-где качнется на остром лучике большая мохнатая звезда. Хорошо было после коряг и колючей осоки чуять под ногой упругий мошок — теплый он и лежит как пуховая подушка, взби-тая хорошо перед сном; пройдет по ней зверь и за собой следа не оставит. Петр Кирилыч сторожко ступает по мшистой подушке, держит левую руку перед глазами, чтоб не напороться на сук, и глубоко в себе затаил дыханье. Но в лесу прокружишь, как кот за хвостом. Думал выйти Петр Кирилыч на Боровую, а вышел на прогалину, которых в чертухинском лесу было как окон в светлой избе... В лицо так и забил свежими побегами молодой ельник, кольцом он закры-вал со всех сторон небольшую поляну и словно от посторонних глаз сторожил. Пробрался Петр Кирилыч сквозь колкую заросль — захотелось ему посидеть на полянке: месяц на них больно хорошо светит, — но раскрыл на выходе из молодняка последние ветки и дальше идти не решился... * * *По всей поляне рассыпан месячный свет, и вся она играет и пе-реливается тысячью разноцветных огней, горят в траве драгоцен-ные камни, каким нет цены и каких нет ни в одном магазине, потому... мимо них пройдет человек и не заметит, а если нагнется да вздумает поднять какой покрупнее, в руки без тайного слова он не дается!.. Потому все в мире человека боится... тронешь ветку ногой, и с нее покатится... град, только на бисер и жемчуг... похожий!.. Затаил еще пуще дух Петр Кирилыч: по самой середке поляны стоит, как нарисованный на картинке, пенек, должно быть, после старой березы... Белеет пенек берестой, возле пенька стоит небольшая березка, худенькая она и пугливая, да и растут так посереди прогалин больше березы... Словно зайдет в гости, да назад на опушку сквозь еловую гущу потеряет дорогу и стоит на ней, пока не вырастит внучку.