Мстислав Всеволодович Келдыш

29действует столь же надежно, как Гагаринский старт! Это и есть Бай-конур...Весной вокруг этого комплекса расцветают тюльпаны. Их лучше всего везти домой в ведре с водой – тогда они не  увядают. Не  только главные конструкторы  – С.  П.  Ко-ролев, М. К. Янгель, В. Н. Челомей (у каждого из них «свои» площад-ки на  Байконуре)  – везли своим женам эти яркие тюльпаны, но и  офицеры Байконура приносили их домой. После, конечно, удачно-го пуска. И это был лучший пода-рок, потому что он свидетельство-вал об успехе, о новом шаге по той бесконечной дороге, которая на-зывается космической. Летом 1955  года в  кабинете академика М.  В.  Келдыша собра-лись видные ученые. Многие из них не  знали, о  чем пойдет речь, да и  о  самом Мстиславе Всеволо-довиче было известно мало – гриф «Секретно» надежно скрывал все, что он делал. Но приглашение на  совещание исходило от ру-ководства Академии наук СССР, и это свидетельствовало о важно-сти встречи.Первым выступил Михаил Клавдиевич Тихонравов. Он про-изнес слово «спутник», но особого впечатления на  присутствующих оно не  произвело. Его восприня-ли так, будто речь идет о  новом научном приборе. Тем более что Тихонравов начал подробно рас-сказывать об основных конструк-тивных идеях, о  «начинке» этого аппарата, об агрегатах, необхо-димых для нормальной работы спутника, о том, что научную ап-паратуру, помещаемую на  объ-екте, следует стыковать с  телеме-трией... По реакции присутствую-щих Тихонравов вдруг понял, что Перед стартом П. Беляева и А. Леонова.