Коньяк «Ширван»

31Глава вторая1На пятый день с моей ноги сняли заскорузлую клеенча-тую бирочку и в накрахмаленном конверте отправили в Со-кольники. Дом в Малом Оленьем переулке был двухэтажный, шлако-засыпной, довоенной постройки, весь в щелях, по полу гуляли сквозняки. Майские праздники 1962 года сов-пали с черемуховыми холодами. Чтобы не застудить младен-ца, кроватку поставили на старый письменный стол. Так она простояла до самого переезда на новую квартиру: зимой дуло вообще непереносимо, а ледяной ожог от ободка железного ночного горшка я с омерзением помню до сих пор. Что за окном? Холодный солнечный день. Морщась от боли и посмеиваясь от счастья, мама сцеживает молоко, прикладывает к воспаленной груди прохладные капустные листы. Огромный вкусный сосок нависает над моим ма-леньким ртом; все вокруг такое большое, странное, смут-ное. Суровая моя прабабушка Анна Иоанновна Демулица сидит недовольно на кухне. Прабабушка она по должности, а не по званию. Анна Иоанновна прожила жизнь старой де-вой, но дважды удочеряла деток. Сначала — юную племян-ницу, дочку покойной сестры. Затем юная племянница вы-росла, сама родила двух маленьких дочек от разных мужей и тоже в свою очередь умерла; Анна Иоанновна удочерила сироток — мою будущую маму и ее сестру Марину. Праба-бушка меня сердечно любит, маму тоже, но все ей не нра-вится, всем она недовольна. Особенно тем, что я нещадно