Аптекарша

Все городские обыватели стояли у воротсвоих домов и с любопытством посматривали набуйную веселость академических именин. Крик,топот, песни не умолкали ни на минуту. К домупрофессора прихлынула ватага полупьяныхбуршей. - А знаете, - сказал хриплый голос, - он,старый хрыч... был неучтив вчера в коллегии.Право, неучтив. Право, ну... я шаркать начал... моя воля... Неправда ль, моя воля?.. Так. А он вдруг говорит,старый хрыч, чтоб я не мешал. Мешаю будтодругим слушать. Ведь это грубость? - Грубость, - сказали несколько голосов. - Ну, так за чем же дело стало, pereat[Смерть (лат.)] ему! - Pereat! - закричала толпа с такимиужасными воплями, что стены ближних домовчуть не пошатнулись. П р о ф е с с о р , с и д я с п о к о й н о з а с в о и мписьменным столиком, побледнел. "Уж не мнели? - подумал он. - Нет, это, верно, моемуученому и бедному другу", - Silentium [Тише(лат.)], бурши! - закричал другой голос, - Грехвам и стыд обижать невинного старика* - Что...что?.. - Притеснял ли он когда-нибудь кого? Вылли он когда врагом студентов? Не трудился лио н в с ю ж и з н ь д л я в а с ? А в ы в м е с т облагодарности хотите отплатить проклятием.30