История русской литературы

населенныя и полудикія,— наполняло русскихъ людей высокихъ представленіемъ о могуществѣ московскаго царства и при тѣс­номъ горизонтѣ свѣдѣній все больше утверждало ихъ въ націо­нальномъ высокомпѣніи и исключительности.При этихъ условіяхъ внутренняя жизнь какъ будто могла быть установлена окончательно на тѣхъ началахъ, которыя вы­работались'къ половинѣ XV I вѣка, ко времепамъ Стоглава и Домостроя. Уже въ то время можно было однако замѣтить, что въ русской жизни окапывались крупные недостатки, которымъ не могли помочь эти какъ будто прочно усташшенныя начала. Широкое развитіе государства все больше приближало русскую политическую жизнь къ западному сосѣду, порождало новыя по­требности, заставляло нуждаться въ научномъ знаніи и искус­ствахъ, доя которыхъ въ самой русской жизни не было никакой почвы, и за ними волей-неволей приходилось обращаться къ тѣхъ самымъ иноземцамъ, которые издавна были ославлены погаными. Это исканіе иноземной помощи явно начинается въ XV вѣкѣ, все больше усиливается въ теченіе XVI и X V II столѣтій, когда наконецъ должно было быть признано и узакопено оффиціально, когда въ самой Москвѣ была населена иноземцами цѣлая Нѣ­мецкая слобода, когда иноземцы становились командирами въ московскомъ войскѣ. Необходимость чужой помощи и именно чужой науки была, паконецъ, почувствована и нъ другой области, въ области самыхъ .драгоцѣнныхъ представленій народа — его религіозныхъ вѣрованій.Какъ ни были русскіе .поди глубоко убѣждепы въ своемъ церковномъ превосходствѣ надъ всѣми другими народами, не исключал самихъ грековъ, отъ которыхъ было получено крещеніе и вся церковная письменность; какъ пи сіяло русское благо­честіе, мы видѣли еще съ конца XV вѣка печальное сознаніе самихъ передовыхъ людей московской іерархіи въ крайнихъ не­достаткахъ религіоз...