Жемчужное ожерелье

214Сидела раз Катерина Львовна у себя на вышке под окошечком, зевала-зевала, ни о чем определен-ном не думала, да и стыдно ей, наконец, зевать стало. А на дворе погода такая чудесная: тепло, светло, ве-село, и сквозь зеленую деревянную решетку сада видно, как по деревьям с сучка на сучок перепархи-вают разные птички.«Что это я в самом деле раззевалась? – подумала Катерина Львовна. – Сем-ну я хоть встану по двору погуляю или в сад пройдусь».Накинула на себя Катерина Львовна старую што-фную1 шубочку и вышла.На дворе так светло и крепко дышится, а на гале-рее у амбаров такой хохот веселый стоит.– Чего это вы так радуетесь? – спросила Катерина Львовна свекровых приказчиков.– А вот, матушка Катерина Ильвовна, свинью живую вешали, – отвечал ей старый приказчик.– Какую свинью?– А вот свинью Аксинью, что родила сына Васи-лья да не позвала нас на крестины, – смело и весело рассказывал молодец с дерзким красивым лицом, об-рамленным черными как смоль кудрями и едва про-бивающейся бородкой.Из мучной кади, привешенной к весовому коро-мыслу, в эту минуту выглянула толстая рожа румя-ной кухарки Аксиньи.– Черти, дьяволы гладкие, – ругалась кухарка, стараясь схватиться за железное коромысло и вы-лезть из раскачивающейся кади.– Восемь пудов до обеда тянет, а пихтерь2 сена съест, так и гирь недостанет, – опять объяснил 1 Штоф – плотная, тяжелая шерстяная или шелковая ткань.2 Пихтерь – большая корзина.