Смех и горе
Николай Семёнович Лесков (1831–1895) – выдающийся русский писатель и публицист. Повесть «Смех и горе» впервые опубликована в еженедельном приложении к «Русскому вестнику» – «Современная летопись» (1871) с подзаголовком и посвящением: «Разнохарактерное potpourri из пестрых воспоминаний полинявшего человека. Посвящается всем находящимся не на своих местах и не при своем деле».В этой сатирической повести Н. С. Лесков следует манере повествования Н. В. Гоголя и в некоторой степени любимого им Стерна. В первых же отзывах отмечалось своеобразие формы повествования, выбранной писателем: «не картина, а барельеф, лента с изображенными на ней фигурами. Но все эти, по-видимому отдельно друг от друга стоящие, фигуры связаны внутренним единством. В числе их нет ни героев, ни героинь, никто не поставлен в центре действия, да и действия нет никакого... и, однако, невзирая на то, какое цельное впечатление «Смеха и горя» представляют и такие рассказы» («Русский вестник», 1871).
Содержание
Содержание книги "Смех и горе "
Отрывок из книги
16 фитилем из свечки был действительно до такой степени сме-шон, что, несмотря на его печальное положение, сама матушка моя постоянно отворачивалась, чтобы скрыть свой смех, Мы обогрелись и уехали с этой станции, оставив в ней армян ожи-дать пристава, а сами с этих пор всю дорогу только и толковали про то, как и почему разбойник прострелил армянину не щеку, не ухо, а именно один нос? Признаюсь вам, я и до сих пор счи-таю это событие совершенно чрезвычайным, и когда заходит где-либо речь о Промысле или о фатализме, я всегда невольно припоминаю себе этого армянина, получившего в нос первое предостережение. Глава шестая Третье путевое происшествие, которое живыми чертами врезалось в моей памяти, было уже всего за полтораста верст от дядина имения. На дворе стояла сухая морозная ночь. Снег скрипел под полозьями и искрился как рафинад. На лошадях и на людях сверкали морозные иглы. Мы подъехали к большому неприветливому дому, похожему на заброшенные боярские хо-ромы. Это тоже была станция, на которой нам категорически отказали в лошадях и не обещали даже дать их вскорости. Де-лать было нечего, мы выбрались из кибитки и пошли на стан-цию. В единственной большой комнате, назначенной и для проезжающих и для смотрительского стола, мы нашли серди-того-пресердитого вида человека в старой, поношенной беке-ше. Это был станционный смотритель. Он сидел, подперши голову обеими руками, и смотрел в огромную, тускло освещае-мую сальным огарком книгу. При нашем появлении он не тро-нулся и не ворохнулся, но тем не менее видно было, что чтение не сильно его занимало, потому что он часто зевал, вскидывал глазами на пламя свечи, очищал пальцами нагар и, поплевав на пальцы, опять лениво переводил глаза к книге. В комнате было мертвое молчание, прерываемое лишь то тихим и робким, то громким и азартным чириканьем сверчка где-то за старою па-нелью теплой печки. И вот опять на столе чай – это ...
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Смех и горе (автор Николай Лесков)", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку