Гулебщики

благоразумно приберегал денежки). На третий день Белоус и Филиппсобрались ехать домой. Багор "отломился", запил и загулял напропалую, иони никак не могли уговорить его ехать домой. - Эх, жаль мальчишку, все пропьет! - тужил вслух Никита, когда они сФилиппом уже выехали в степь. - Уж дюже отважный парень, - сказал назидательно Филипп. - У-у, бедовый!.. А славный казачек, просто картинка... что голос, чтоволос... Жаль, деньги все пропьет, дома бы годились... - А зря все пропустит, - продолжал в том же тоне Филипп, - уж, по моему,погулять, так погулять в станице, по крайности люди поглядят, а то сбурлаками - велика корысть!.. Лошадь уведут... Белоус недовольно кряхтел, но потом достал из-за седла флягу с вином,выпил и повеселел. - На-на, потяни, - предложил он своему спутнику. Филипп с готовностью,но не теряя достоинства, приложился к фляге и почувствовал, что степьстала глядеть веселей... На другой день, к вечеру уже, они переехалиЕргени и почувствовали себя почти дома. Белоус заиграл песню, Филиппоктавой стал подтягивать ему; ехали они шагом. Но оглянулся случайно Филипп назад и вскрикнул: - Дядюшка, уходи!.. Калмыки!.. Белоус поглядел назад: около десятка пик мелькали из травы версты сполторы позади. - Дрянь дело! Ну-ка, Филипушка, тронем!.. Они ударили плетьмилошадей и понеслись. - Тут зараз вот за этим кургашком, верстах в трех, перелесок есть - яместо знаю... - кричал на скаку Никита... - Кабы нам добраться туда, невзяли бы нас дьявольские калмыки... Ну-ка, ну-ка, Филипушка, нажарь! Филипп читал про себя "Живый в помощи Вышняго" и еще два разаогрел плетью буланого, который не поспевал за Белоусовым киргизскиминоходцем. - Эх, чижало у тебя накладено... бросил бы!.. - оглядываясь, кричалБелоус. Покупки Филиппа, притороченные к седлу, действительно порядочно25