Человек и наука. Из записей археолога

8 2 Человек и наука мана различны —г- замена исследования и анализа д о ­гадками и декларациями, метода — интуицией и бол­товней, выдающейся за озарения художника, исполь­зование недоброкачественных источников, граничащее с фальсификацией, и т.д. Все, что угодно, лишь бы подвести итоговую черту. Вот почему ученый должен уметь смирять себя, сдерживать нетерпение, не преуве­личивать ни свои возможности, ни возможности имею­щихся у него материалов. Ложный, преисполненный гордыни подход к науке коренится в психологии человека, всегда переоцениваю­щего свое место в мироздании. Определенную роль иг­рает и ситуация нашей эпохи. Подспудно, а иногда и совершенно открыто признается, что наука бывает пер­восортная, одаряющая нас обобщениями и теориями, и второсортная, занятая всякими анекдотическими пустяч­ками. В лучшем случае считается, что «копание в мело­чах» служит технической, подготовительной работой для ученых с большой буквы, в худшем — что это преступ­ное расточительство народных денег. Нарастающий на глазах поток информации заставля­ет задуматься над характером и объемом наших публи­каций. В 1966 году, выступая по этому поводу на стра­ницах главной в С С С Р газеты «Правда», академик-В. А . Каргин провозгласил, что печатать необходимо статьи и книги на важные темы, а все маловажные из­давать не стоит1. Кое для кого это, вероятно, прозвуча­ло убедительно. Меня же поразило, что подобную не­лепость сказал известный ученый. Ведь история куль-1 В. А. Каргин. Океан знаний и научная печать / / Правда. 12 июля 1966 г.