В садах Эдема

676Алёша «не слышит». Олечка зовёт в другой раз. То же самое. Я говорю строго:– Алёша, тебя маминька зовёт.– Ну! – говорит он плачущим голосом, с доса-дою, сползает с дивана. – Ну, что?(Он говорит «сто?»).Идёт, уже чуть не плача от досады.– Что такое, Алёша? – сердится Оля.Он хнычет, прячет личико в её колени.– Нехорошо, Алёшинька! Маминька тебя про-сит, – убеждает его Олечка. – Не капризничай. Скажи: рад тебе услужить, милая маминька. Ну? Скажи!– Ни хацю!– Не хочешь?..– Поставь его в угол, – подсказываю я.– Не хочешь? – переспрашивает Олечка более стойким тоном. – Ну, тогда иди в угол.– Прости меня, позауста, – тут же отвечает Алёшинька.– Вот молодец! – целует его Олечка. – Алёша не будет капризничать, так? Он рад маминьке помочь. Скажи: рад услужить…– Ни хацю!– Как «не хочу»? Ты же прощения только что попросил…– Ни хацю!– Тогда иди в угол.– Маминька, прости меня, позауста, – сразу же жалобным голосом говорит маленький мальчик.– Бог простит! – опять целуются.– Скажи теперь: рад тебе услужить, маминька.– Ни хацю!– Капризничаешь? Ты ведь хотел быть по-слушным мальчиком и больше не капризни-чать? Не будешь капризничать?– Буду…