Случайные встречи

40владычества... Глубоко внизу—въ безднахъ долинъ, ухо­дившихъ во иглу, мерещились задумчивыя пальмы, скло­нившіяся въ тихимъ водамъ. Блескъ мѣсяца тамъ дол­женъ былъ отражаться въ медлительныхъ струяхъ, но отсюда, съ высоты, все уходило въ какое-то призрачное осіянное марево...Самойловъ шелъ домой. Онъ все-таки остался въ го­стинницѣ, несмотря на желаніе новыхъ своихъ друзей видѣть его въ вентѣ. Какъ ни манила его къ себѣ про­стая и наивная жизнь испанскаго средней руки гидальго, европейскія привычки хотя изрѣдка да давали себя знать— и онъ не сразу могъ отъ нихъ отрѣшиться. Его тянуло порой и къ газетѣ, еще соединявшей его съ остальнымъ міромъ,—міромъ, который онъ стремился забыть поскорѣе, и въ настоящему обѣду, и къ дешевому комфорту, о ко­торомъ не имѣетъ никакого понятія чистокровный Анда­лузецъ... Правда, онъ не долго засиживался у себя. Ис­панская дѣйствительность, полная яркихъ красокъ и рѣзкихъ силуэтовъ, звала его въ себѣ, но эти минуты отдыха еще были ему необходимы. Вспоминая люби­мое выраженіе русскихъ Мартыновъ Вадекъ, онъ говорилъ: «успѣю еще опроститься, будетъ на это достаточно времени» — и нова позволялъ себѣ «бало­ваться».Самойловъ шелъ домой но тихимъ улицамъ, облитымъ луннымъ свѣтомъ... Сегодня Долоресъ рано оставила свой мирадоръ. Мать ея была не совсѣмъ здорова, и дѣвушка ласково предложила своему новіо уйти къ себѣ: «до завтра». Пока въ угарѣ своего нежданнаго увлеченія Самойловъ не чувствовалъ себя усталымъ отъ этихъ «дежурствъ» подъ окномъ своей возлюбленной, какъ самъ онъ, смѣясь, окрестилъ ночныя свиданія съ нею. Вѣчно одно и то же: сегодня, какъ и вчера, смутно нерещущаяся чудная го­ловка за желѣзною рѣшеткой, ласковый смѣхъ, изрѣдка наивная, какъ полевой цвѣтокъ, пѣсенка еще не надоѣла ему. Угаръ продолжался, и Самойловъ самъ себя приво...