«Время молчания прошло!»

105Наравне с хронологическим ограничением Реформации, связан-ным с логикой культуры памяти, ее понимание затрудняют также как национальные, так и персонифицированные клише. Не отрицая роли Лютера, тем не менее, нельзя отделять его от многообразия реформа-торских начинаний и связанных с этим действующих лиц. Представляется целесообразным более отчётливо подчеркнуть для широкой публики комплексность и мультиполярность реформацион-ных событий. Это необходимо, когда мы говорим о сложных церков-но-исторических, культурно-исторических, социально-исторических событиях XVI в. Реформация была не немецким, не виттенбергским, а европейским событием, которое необходимо представлять как в его транснациональности, так и в различных переплетениях1. Все это по-может выявить различные варианты Реформации в разных регионах. Существует искушение рассматривать Реформацию как неизбеж-ный результат морального упадка средневековой церкви, что отвечает традиционным нарративам. Не менее часто говорят и о так называе-мой «теории пороховой бочки», т.е. о распространённом и возрастав-шем недовольстве прихожан духовенством и церковью2. Несмотря на то, что существуют безусловные доказательства подобного недоволь-ства, такое объяснение кажется слишком поверхностным, поскольку оно несомненно проявлялось в течение всего средневековья и особен-но примерно с середины XIV в., когда усиливаются реформы и иные реформационные начинания3. Подвергнутая многочисленной критике (1450–1530) / Hrsg. M. Venard, H. Smolinsky. Freiburg ;Basel; Wien, 1995. S. 212–304. (Die Geschichte des Christentums. Religion – Politik – Kultur; 7); Klueting H. Das Konfessionelle Zeitalter. Europa zwischen Mittelalter und Moderne. Kirchengeschichte und Allgemeine Geschichte. Darmstadt, 2007. S. 135–173; о кризисах в Раннее Новое время см.: Schubert E. Einführung in die Grundprobleme der deutschen Geschichte im Spätmittelalter (Grundprobleme der deutschen Geschichte). Darmstadt, 1992; Boockmann H. St...