Моя борьба за русскую философию

190 Раздел второй. Три статьи о необходимости и возможности... Итак, «Современник», рупор «революционных демо-кратов», благополучно «воскрес» почти сразу с началом польского восстания. Зато через два месяца, в апреле 1863 г., был безоговорочно, без права на возобновление издания хотя бы в отдаленном будущем, закрыт журнал совсем дру-гого направления — «Время», ведущими авторами которо-го были Ф. М. Достоевский, Ап. Григорьев и Н. Н. Страхов. То самое «Время», которое с момента основания в 1861 г. последовательно выступало с национальных, «почвенниче-ских» позиций, вело непримиримую борьбу с «Современ-ником» и «литературным нигилизмом» вообще. И един-ственной причиной закрытия явилась небольшая статья «Роковой вопрос», подписанная псевдонимом Русский [6].А уж если выражаться точнее, «первотолчком» к действи-ям цензуры явилась не сама статья, а те обличения, которые незамедлительно обрушились на Страхова, прежде всего, со страниц двух авторитетных консервативных газет: «Мо-сковские Ведомости» (ред. М. Н. Катков) и «День» (ред. И. С. Аксаков, со старшим братом которого мы уже успели позна-комиться в первой главе). Впрочем, обличения обличениям рознь. Страхова не просто обвиняли в недостаточном па-триотизме и даже «полонофильстве»; в «Московских Ведо-мостях» сугубый «русский патриот» Карл Петерсон назвал Страхова «бандитом под маской» (то есть, по-нынешнему, террористом), который заслуживает «всеобщего презрения» [7]. За этот бредовый донос Салтыков-Щедрин поспешил назвать Петерсона «проницательным человеком» [8: 568]. Не отставал и «День». Между тем, участие газеты И. С. Акса-кова в кампании против Страхова выглядит особенно двус-мысленно в силу того, что еще в феврале 1863 г. сам главный редактор «Дня» выступил в передовой статье с заявлением более чем сомнительного политического характера. С заяв-лением, о котором поляки надолго сохранили благодарную память. Значительно позже, когда вопрос о независимости Польши был...