Моя борьба за русскую философию
В первом томе представлены очерки и статьи, которые отражают борьбу автора за адекватный образ истории русской философии. Основное внимание уделено практически неизученному направлению русской философской мысли, расцвет которого приходится на вторую половину XIX века. Рассмотрены руководящие идеи этого направления, позволяющие видеть в нем русскую классическую философию, занятую не поиском «абсолюта», а проблемой человека, его пути к самому себе, к своей личностной и национальной сущности. Наряду с общей характеристикой русской классической философии в ряде статей рассмотрены взгляды ее главных представителей, среди которых на первом плане стоит Н. Н. Страхов, его многогранный вклад в русскую философию, а также его отношения с Л. Н. Толстым и Ф. М. Достоевским. В последнем разделе подвергнуты острой критике ложные кумиры, ритуальное поклонение которым подменяет сегодня подлинную историографию русской философии и провоцирует нигилистическое отношение к нашему философскому наследию.
Том 1. Русская классическая философия и ее противники
Содержание
Содержание книги "Моя борьба за русскую философию : избранные очерки и статьи"
Отрывок из книги
Русский философ как историко-философская категория 57Если я скажу «Лопатин – русский философ», то мое утверждение будет философски значимым в связи с ко-ренным принципом духовного понимания мира у самого Лопатина. Отмечая, что именно «духовное, внутреннее – является источником, животворящею силою всего внеш-него и материального» [2: 6], Лопатин подчеркивал: речь идет не о безличной духовности, как бы «разлитой» в мире. В основе духовной активности лежит «индивидуальная са-мобытность человека», «самобытность нашей нравствен-ной личности» [2: 7, 13]. Конкретный человек – вот источ-ник подлинно творческих актов. И эта основополагающая связь творчества с субстанциальной реальностью инди-видуального субъекта определяет для Лопатина сущность творческих актов любого рода: «В каждом целесообразном поступке мы имеем некоторый перевод всеобщего и не-определенного в конкретное, индивидуально законченное, а это я и называю творческим актом» [2: 361]. Таким об-разом, говоря о Л. М. Лопатине как о русском философе, настоящем творце своего философского учения, я исполь-зую фундаментальный философский дискурс самого Льва Лопатина, говорю о нем на его собственном философском языке.Такую ситуацию, когда высказывание о философе имеет онтологический смысл в рамках его философии, мы имеем полное право назвать ситуацией аутентичного высказывания о философе.Конечно, сказанное сейчас верно не только в отношении Лопатина. Утверждение «имярек – русский философ» ау-тентично и в случае И. В. Киреевского с его пониманием индивидуального человека как «единственной существен-ности» среди всех вещей и отношений мира; и в случае Н. Н. Страхова, с его концепцией самобытности как спо-собности человека к «совершенно самостоятельному раз-витию» (об этой концепции я еще скажу ниже), и в случае П. А. Бакунина, для которого каждый человек «как это осо-
Ильин Н. П. другие книги автора
С книгой "Моя борьба за русскую философию" читают
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Моя борьба за русскую философию : избранные очерки и статьи (автор Николай Ильин)", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку