Дневник П. А. Валуева, министра внутренних дел

известие подтверждено телеграфической депешей из Петербурга. Итак, мы сдались! Сотни тысяч жертв пали на полях сражений, Севасто-поль превращен в груды развалин, Черноморский флот истреблен, благосостояние России надолго поколеблено, вековая слава запятнана, — и все это для того, чтобы обя-заться впредь не иметь ни Севастополя, ни Черноморского флота, или чтобы доказать, что наше правительство про-должительно и значительно ошибалось. — Дорого! 16-го января. Мирабо говорил о Неккере: «c’est une horloge qui retarde». Что можно сказать о наших гг. мини-страх? 18-го января. Вчера я получил внезапное известие о кончине брата (Родиона). Жизнь его, в последние годы, была жизнь святого и жизнь вольного мученика. Как мало во мне силы к добру, в сравнении с силою, которую неиз-менно обнаруживал и применял он. 19-го января. Третьего дня я получил письмо от кн. Су-ворова; сегодня от Гернгроса и Рудницкого. Вести из Петербурга неутешительны... Энергия сверху не ознаме-новывается. Государь сказал кн. Суворову, что ему будет высочай-шее замечание за употребление, в его отчете, выражения «неосновательность» в отношении к действиям мини-стерств. Князь заменит Сиверса, немедленно по его уда-лении, или в случае его смерти. 20-го января. Сегодня вернулся Беклемишев, после четы-рехмесячного отсутствия. Замечательна способность неко-торых людей, в том числе и его, верить всему без разбора. Точно критика слышанного для них не существует. Таким образом Беклемишева уверили, что по отъезде Тотлебена в Севастополе водворилось безначалие, что Горчаков помешал 25