Гимназистки

была оказать массу мелких услуг, которые такценятся подростками. Сфинкс выручала не разближайших своих соседок по парте, подсказываяим ответы на уроках. Помогала писать подругамв н е к л а с с н ы е д о м а ш н и е с о ч и н е н и я п оиностранным языкам, которыми, кстати сказать,Сфинкс владела в совершенстве, поправлялаарифметические задачи. И все это делалось еюбез всякого усилия, свободно, просто, мило илегко. Училась она лучше всех в классе, хотяНину Махровую отдали в гимназию только напоследние три года, прямо в пятый класс. Но нез а м е ч а т е л ь н а я п а м я т ь , н е у д и в и т е л ь н а яспособность к языкам, не успехи по учению, нин е в о л ь н о е у в а ж е н и е п о д р у г п р и в л е к а л ивсеобщее внимание к Нине, а нечто совсеминое.Нина была Сфинкс! Нина была загадка!Никто не знал частной, домашней жизни этойпятнадцатилетней девочки. Не знали, есть ли унее родные — мать, отец, братья, сестры; незнали, как она проводит время вне классныхзанятий, как течет ее жизнь дома, какова еесемья. Она держала себя в стороне от подруг, врекреации читала толстые английские книжки, вкоторых никто из девочек не смог бы прочесть нистроки, и никогда не вступала ни с кем вдлинные откровенные разговоры.Словом, Нина Махровая была Сфинкс.108