Пришло на память

важности произнес Демьян Ильич. — Правдутебе ежели сказать, артель у меня — вполне, нудля тебя, как я тебя знаю, всегда будет место.— Уж и Варьку возьми, дочку…Тут мы увидели и Варвару. Это былад о в о л ь н о в ы с о к а я д е в у ш к а с с а м о йо б ы к н о в е н н о й , о р д и н а р н о й б е л о к у р о йфизиономией и, кажется, немного косая.Белокурые волосы, белокурые глаза, белокураякосичка с мышиный хвост величиной — всеговорило о том, что на красоту ее никто непозарится. Да и одежда у ней была неказистая:платочек в гривенник на голове и старыйшерстяной платок на плечах, узлом завязанныйна спине, худенькое и вылинявшее ситцевоеплатье, все это говорило прямо о бедности, норадушное выражение этого обыкновеннейшего,кой-как вылепленного лица, приветливое ипритом "так просто" приветливое, как простовыражалось оно у старика отца, и та жеотцовская сильная порода, которая сама собойчувствовалась в его дочери, как-то невольнообязывали быть внимательным к ним обоим — ик отцу и к дочери.— Ну что ж! — сказал Демьян Ильич,подумав немного: — идите! найдется место. Незабыл дорогу-то?— Вот, забыть! К хорошим людям дорогу незабывают… Помню.— А помнишь, так и ступайте с богом.30