Из разговоров с приятелями

недоуздком и кошелкой, в которой насыпанонемного овса, чтобы приманить им и обратать вполе сивую кобылу, и баба точь-в-точь такая же,как и двадцать и двести лет тому назад,поднимается с ведрами от речки, и старикСилантий греется на завалинке, и девчонкипесни поют на той стороне за речкой. Все то жесамое, но люди уж другие, хоть точь-в-точь такиеже, как и те, которые давно померли, взяты всолдаты, проворовались и или ушли в Сибирь,или разбогатели. Ржаное поле поставляет всет о ч ь - в - т о ч ь т а к и х ж е л ю д е й — и д я д е йСилантьев, и теток Авдотий, несметные тысячикоторых лежат в земле, по всем концам землирусской. А сколько они вынесли, как погибли, гдеи как пропали? и отчего? и как? это до ржаногополя не касается, этого не видно и не слышно ина деревенской улице… Ржаное поле имеетдело только с живым и сильным, а до мертвого,до слабого, до погибающего ему нет дела." М о ж н о п о э т о м у л ю б о в а т ь с я и э т о йустойчивостью деревенских форм жизни и ихкрасотою и широтою, но объяснять их прочностьи широту обилием созидающего сознанияневозможно… Я по крайней мере не мог быэтого сделать и взять грех на душу." В к а к у ю б ы с т о р о н у о т э т о г об л а г о у с т р о е н н о г о р ж а н ы м п о л е м т и п ачеловеческого существования, которым нельзяне восхищаться, ты ни пошел, везде ты не88