Сватовство профессора. Ефим и Катерина

— Шестой годъ уже не живу съ нимъ и гдѣ онъ—не вѣдаю. Гдѣ-нибудь внутри Россіи мотается. Здравствуйте, Емельянъ Иванычъ, здравствуйте, Ли­завета Тихоновна, здравствуйте дѣвицы. Ландышева протянула руку хозяину дома и облобызалась съ женской половиной семейства. — Ну, вотъ вамъ и портретъ профессора при­везла и все разузнала у него, что было нужно, про­должала она. — Могу вамъ доложить, что жениться онъ еще не отдумалъ. — Да какъ фамилія-то профессора? спросила Ли­завета Тихоновна,—Прошлый разъ я и забыла васъ спросить о его фамиліи. •— Турындинъ, Вакхъ Терентьичъ Турындинъ. Онъ изъ поповичей. — Турындинъ... Да вѣдь это хирургъ. — Ну, да, хирургъ. А что-жъ изъ этого? Пре­красный хирургъ. Правда, онъ не въ модѣ нынче, молодые его оттѣснили, но и практики онъ все-таки тысячъ на десять въ годъ имѣетъ. — А т ы мнѣ сказала, что онъ по внутреннимъ болѣзнямъ, обратился Емельянъ Ивановичъ къ женѣ. — Ну, какъ я теперь поѣду къ нему лечиться отъ тягости въ желудкѣ и отъ болыпаго живота! — А вы развѣ хотѣли? задала вопросъ Лан­дышева. — Да просто для того хотѣлъ съѣздить, чтобъ подъ видомъ леченія познакомиться. — Поѣзжайте. Ничего не значитъ. Онъ хоть и хирургъ, но большой приверженецъ массажа. Вы такъ и скажите, что отъ меня, что я совѣтовала НО