Решение

наконец лопнуло, и он открыто возмутился.Начал он с довольно ловкого маневра –перебрался в кабинет, чтобы, возвращаясьд о м о й , н е р и с к о в а т ь н е м е д л е н н ы м и«бенефисами». Поощряемый старой няней изадетый за живое насмешками Анны Петровны ио д н о г о п р и я т е л я , о б ъ я с н и в ш е г о , к а к о нпрекратил обмороки жены, не обращая на нихвнимания, Борис Николаевич обнаружил ещебольшую отвагу и однажды на вопрос Вавочки:«куда он собирается?» – так решительноо т в е т и л , ч т о э т о е г о д е л о , ч т о В а р в а р аАлександровна только ахнула от изумления и впервое мгновение онемела. И когда явился дарслова и она заговорила, потом вскрикнула и,схватившись за сердце, упала, как подкошенная,в обморок (по счастью, не на пол, а на диван), тоБорис Николаевич хоть и колебался с секунду,но в конце концов имел жестокость, не подавшипомощи, уйти из дому, послав к жене няню,наградившую его одобрительным взглядом.С б р о с и в с с е б я и г о , б у н т о в щ и котпраздновал это событие тем, что в тот жевечер отправился к приятелю, «закатился» с нимв ресторан и вернулся домой в пятом часу утраочень навеселе. Признаться, в первое времяБорис Николаевич широко пользовался своейсвободой и, словно желая себя вознаградить задолгое рабство, посещал знакомых, у которых ондавно не бывал, не стесняясь оставался44