Жрецы

в п е ч а т л е н и е п о с л е л е к ц и и , о с к о р б л я ясамолюбие и нарушая привычный душевныйп о к о й , к о т о р ы м д о с и х п о р п о л ь з о в а л с яжизнерадостный и довольный собою НиколайСергеевич.«О, если б Рита видела, как его любятстуденты и какие устраивают овации!» — думалон и досадовал, что Рита не может быть на еголекциях.О н т о р о п л и в о п р о х о д и л ч е р е зрасступавшуюся толпу, когда его нагнали двас т у д е н т а - » и з д а т е л я » , з а п и с ы в а в ш и е ииздававшие его лекции.Один из них, довольно пригожий, чистенькийи свежий блондин с голубыми глазами ик у д р я в о й б о р о д к о й , п о л ь з о в а в ш и й с ярасположением Заречного как способный исерьезно занимавшийся студент и изредкабывавший у него как знакомый, обратился к немус деловым, озабоченным и в то же времявосторженно-почтительным видом человека,благоговейно влюбленного в своего профессора:—   Н и к о л а й С е р г е е в и ч ! Р а з р е ш и т епобеспокоить вас на одну минутку.И во всей подавшейся стройной фигуре, и ввыражении глаз, и в тоне свежего, молодогоголоса чувствовалась некоторая аффектация.— Охотно разрешаю! — с приветливойшутливостью проговорил Николай Сергеевич,останавливаясь. — Что вам угодно, господин58