Земные дети

Барышня взглянула на него, улыбнулась испросила:— С кем?— Один, — с оттенком удивления в голосеответил ей Саксаулов.— Вы — мизантроп, — сказала госпожаГородищева, как-то кисло улыбаясь.Саксаулов дорожил своею свободой. Пороюему казалось странным, что и он когда-то былблизок к женитьбе. Теперь он обжился в своейнебольшой, со строгим вкусом убраннойквартире, привык к своему камердинеру,пожилому, степенному Федоту, и к его не менеес т е п е н н о й ж е н е Х р и с т и н е , г о т о в и в ш е йСаксаулову обед, — и убедил себя, что неженится из верности к своей первой любви. Насамом же деле, сердце его холодело отр а в н о д у ш и я , п о р о ж д ё н н о г о о д и н о к о й ,рассеянной жизнью.У него было независимое состояние, отец имать его давно умерли, близких родных не было.Он жил уверенно и спокойно, числился прикаком-то ведомстве, был близко знаком со всемсовременным в литературе и искусстве, иэпикурейски пользовался благами жизни, — асама жизнь казалась ему пустою, бесцельной.Если бы не одна светлая, чистая мечта, поройнавещавшая его, он стал бы и совсем холоден,как многие.155