Поэтика русской высокой комедии XVIII — первой трети XIX веков

ЧаСть I. Поэтика руССкой выСокой комедии XVIII века...204Иными словами, это значит, что в качестве точки отсчета подразумевается не представление о драме и ее законах вообще, но сам данный драматургический текст, безусловно признаваемый своим собственным высшим законом: разумеется, в том только случае, если этот текст столь же безусловно удовлетворяет критерию художе-ственности. Право фонвизинской комедии быть оцененной именно с этой позиции, думается, доказано более чем двухвековой не просто историко-литературной, но и эстетической актуальностью не сходящей с русских театральных подмостков пье-сы (чего нельзя сказать об очень многих «правильных» драматургических текстах XVIII в.). И тогда парадокс «Недоросля», выступающий в исследовательских интер-претациях как недостаток мастерства и досадный огрех в потенциальном шедевре, обретает смысл приема и намеренно достигаемого эффекта: иначе никак невозмож-но объяснить энтузиазм премьерной публики, «аплодировавшей пьесу метанием кошельков»14 и высшую ее ценность увидевшей в «сценах серьезных»15.Цитированные выше наблюдения над поэтикой «Недоросля» четко выявляют эстетические параметры двух антагонистических групп персонажей комедии: с одной стороны, словесная живопись и «живая жизнь» в пластически достоверной бытовой среде, с другой — ораторство, риторика, резонерство, говорение16. Если отвлечься от устоявшейся аксиологии этих категорий и убеждения в том, что первое — безу-словный эстетический плюс, а второе — столь же безусловный эстетический минус комедии, то эти два семантических центра очень точно определяют и природу ху-дожественной специфики разных групп персонажей как разных типов художествен-ной образности, и русскую литературную традицию, к которой эти типы восходят. Нужно ли говорить, что общие принципы конструкции художественных образов «Недоросля» обусловлены все теми же ценностными ориентациями и эстетическими установками живописательной пластической сатиры (комедии)...