В горах Сихотэ-Алиня

всех орочей, съехавшихся сюда с рек Ма, Уй, Хади и Тутто. Юрты из корья,амбары на сваях, сушила для рыбы, опрокинутые вверх дном лодки,собаки и разные животные и птицы на привязи - все было уже знакомо мнеи напоминало селение Дата при устье реки Тумнина. Чочо пригласил меня в свою юрту. Она была больше и опрятнее других.Сюда пришли и другие орочи. Мы сели по обе стороны огня. Тотчас намаленьких столиках появилась сухая рыба, черемуха и чай с мучнымилепешками, испеченными у костра. У этих обездоленных судьбою людейсвои нужды. Они просили меня помочь им советами. Я объяснил орочамтакже, зачем я пришел сюда, куда иду и какие цели преследуетэкспедиция, рассказал им о своем маршруте с Анюя на Хату, о крушениилодок и о том, как мы все едва не погибли с голода. Среди орочей было несколько стариков. Поджав под себя ноги, онисидели на корье и слушали с большим вниманием. Потом я, в своюочередь, стал расспрашивать их о том, как жили они раньше, когда былиеще детьми. Старики оживились, начали вспоминать свою молодость -время, давно прошедшее, почти забытое, былое... Вот что онирассказывали. Раньше орочей было очень много. По всему побережью моря, от мысаХой, что южнее залива Де-Кастри, до Аку, который теперь называетсямысом Успения, всюду виднелись их юрты. Те, что жили на берегуТатарского пролива к северу от Тумнина, назывались Пяка (Фяка). В 1903году от этих Пяка оставалось только три человека: Пингау и Цатю из родаОгомунка и Тончи из рода Бочинка. Первые двое умерли в том же году, последний представитель Пяка ещежив и поселился на реке Хунгари. Орочи Императорской гавани туземцев,живших южнее мыса Аку (на реках Ботчи и Самарге), называли Кяка. Вдавние времена несколько орочей отправилось за нерпами, но лед, накотором они охотились, оторвало от берега и унесло в море. Родныесчитали их погибшими, но судьба распорядилась их жизнью иначе. Ледприбило, к острову Сахалину. Орочи высадились на берег и поселились нареке Куй-ни. По другим версиям, люди эти были на лодк...