Современная российская социология

Раздел 1.Первое поколение.Им было суждено начать вать об эпохе Петра I и его подвигах. Он был оптимистом, очень любил детей, шутливо «наказывал длинной указкой» за их выходки, а отличившимся дарил в конце учебного года книги из своей личной библиотеки с напутственными посланиями. После пятого к л а с с а я получил от него большой том «Илиады» и «Одиссеи» Гомера в переводе Жуковского и тем же летом за­помнил значительную их часть наизусть. ДИП остался в моей памяти как Учитель с большой буквы. По школьной программе и вне ее я зачитывался повестями, рассказами, поэмами Николая Некрасова, Глеба Успенского, позднего Льва Толстого, других русских писателей второй по­ловины X I X столетия. Подспудно формировалась ориентация: полнее знать правду о жизни крестьян, простых людей своей страны. Позднее, не без влияния писателей-шестидесятников, эта ориентация оформилась сознательно. В декабре 1945 г., после демобилизации, отец, воспользо­вавшись льготой фронтовика, перевез нас в Текстильщики. Я вернулся в свою 475-ю школу, которая в годы войны стала мужской и оставалась неполной средней, - тогда в Текстиль­щиках вообще не было мужской средней школы. В мае 1946 г. мы закончили 7-й класс - последний класс этой школы. На запрос директора о ее преобразовании в полную среднюю из РОНО поступил отказ: мало мальчиков, желающих продол­жить учебу. Я и трое моих друзей (Игорь Меркулов, Сергей Павлов, Семен Тевлин) отправились в министерство образова­ния РСФСР. Нас приняла женщина - заместитель министра; мы с жаром объяснили ей, что хотим учиться, и заверили, что в нашем рабочем поселке есть и другие мальчики, желающие получить полное среднее образование. И свершилось простое чудо: министерство разрешило преобразовать нашу школу в полную среднюю. В 8 классе я стал председателем Совета пионерской дружины; мне довелось принимать в пионеры и «воспитывать» Фреда Бородкина, будущего талантливого ма­тематика-социолога (он, конечно, и сейчас ворчит, но зла на меня не держит). Школу я окончи...