Шанс номер два

30  никчемной рухлядью, с серыми подтеками, которые образовали на стенах не прекращавшиеся вторую не-делю дожди, – походила на гигантскую колымагу старьевщика, сделавшего здесь короткую остановку. К тому же, – Алексей обратил внимание, – перед единст-венным подъездом стоял канареечно-желтый милицей-ский «Уазик» – его ребристые протекторы залеплены свежей грязью. «Бр-р!» – ночью неожиданно похолодало, и теперь Алексей зябко поправил воротник плаща. Казалось, вот-вот посыплется мокрый, тающий при соприкосно-вении с землей, снег. Он толкнул дверь подъезда. На второй, внутренней двери разломанной, исцарапанный неприличными словами, кодовый замок. В середине кнопочного пуль-та – здоровенная вмятина: сплющенные кнопки наво-дили на мысль, – саданули увесистым предметом. Скрипнув, внутренняя дверь распахнулась. В подъезде пахло сигарным дымом, паром из под-вала и пролитым вином. Алексей вызвал лифт. Заго-деева жила высоко. Обычно в последние минуты перед встречей его охватывала нервная, возбужденная дрожь, – каждая кле-точка существа готовилась к атаке. Ловкий, хитрый, продумывающий очередной жест, слово, – в подобные мгновения Алексей собирался как никогда. Будто ловец перед решающим броском сети. Сегодня же этого не было, ночь накануне не прошла даром. И теперь дейст-вовал больше на уверенной, выработанной опытом привычке, а не на вдохновении. Не потому ли Алексей не сделал правильного хода, когда лифт остановился на этаже. Ведь в проеме рас-крывшихся дверей показался милиционер. Алексею сле-довало вторично утопить– кнопку, словно исправляя случайную ошибку техники. Уехать вверх или вниз, по-стараться покинуть дом. Но никак не выходить на этаж.