Сочинения

- 27 — основного начала, можно сказать, что нравственная статистика должна отнынѣ занять мѣсто въ ряду опытныхъ наукъ" 1 9) . Мы не въ правѣ сказать того же объ Исторіи. Пока она не усвоить себѣ надлежащая метода, ее нельзя будетъ назвать опытною наукою. Я имѣлъ уже честь указать Вамъ, ММ. ГГ., на различіе цѣлей древней и новой исторіографіи. Отказываясь отъ притязаній на то совершенство формы, которое у народовъ классическая міра было слѣдствіемъ исключи-телъныхъ, не существующихъ болѣе условій, современный намъ историкъ не можетъ однако отказаться отъ законной потребности нравственная влі-янія на своихъ читателей. Вопросъ о томъ, какого рода должно быть это вліяніе, тѣсно связанъ съ вопросомъ о пользѣ Исторіи вообще. Отвѣтъ на послѣдній представляетъ болыпія трудности, потому что Исторія не при-надлежитъ ни к ъ числу чисто теоретическихъ знаній, имѣющихъ задачею привести въ ясность лежащія въ глубинѣ н а ш е я духа истины, ни к ъ при-кладнымъ, которыхъ польза не требуеть доказательствъ. Очевидно, что практическое значеніе Исторіи у древнихъ, основанное на возможности не­посредственная примѣненія ея уроковъ къ жизни, не можетъ имѣть мѣста при сложномъ организмѣ новыхъ обществъ. К ъ тому же однообразная игра страстей и заблужденій, искаокающихъ судьбу народовъ, привела многихъ къ заключенію, что историческіе опыты проходять безплодно, не оставляя поучительная слѣда въ памяти человѣческой. Высказавъ эту мысль, какъ безусловную истину, Гегель 2 0) вызвалъ противъ нея м н о я нежшенныхъ справедливости возраженій. Конечно, ни народы, ни ихъ вожди не повѣряютъ поступковъ своихъ съ учебниками всеобщей Исторіи и не ищутъ въ ней примѣровъ и указаній для своей дѣятельности. Тѣмъ не менѣе нельзя от­рицать въ самыхъ массахъ извѣстная историческая смысла, болѣе или менѣе развитая на основаніи сохранившихся преданій о прошедшемъ. Въ лицахъ, стоящихъ во главѣ ясударственнаго управленія, этотъ смыслъ переходить, по необходимости, въ отчетливое сознаніѳ отношеній. существ...