Полное собрание сочинений

— 31 — — Водянистая; нынче лЬто такое гадкое, все фрукты каще-то водянистые. — А чтб ваша сестра? — Маня? Она все возится съ вашими книгами. — А я*ей еще принесъ. Ида Ивановна покачала головой и выговорила: — Вы намъ ее совсЬмъ испортите. Подите къ ней, если хотите, въ ея комнату. — Можно? — Отчего же? Тамъ убрано. Я одна тутъ; мне нельзя отойти отъ магазина; мамы нътъ дома, а бабушка ужъ за­катилась и спить. Я поблагодарить и коридорчикомъ прошелъ къ комнатЬ Иды и Мани. — Войдите,—сказала Маня, когда я второй разъ посту­чался у ея двери. Я засталъ Маню сидевшею на окне, съ котораго до по­ловины была сдвинута синяя тафтяная занавеска. На ко-лЬняхъ у Мани лежала моя книга. — Здравствуйте!—сказала она, щурясь и осторожно спу­ская на иолъ свои крошечныя ножки. — А я такъ и ду­мала, что это вы. — Отчего же это вы такъ думали? — Такъ... читала и к а к ъ - т о про васъ вспомнила, а вы и пришли.—Садитесь. Я с*лъ. Маня выбежала на минуту и вернулась съ пе­пельницею, сигарою и спичками. — Курите. — сказала она, ставя передо мною спички и подавая мн* сигару. Я поблагодарилъ. — Это Фрицева сигара: онъ всегда хорония сигары ку­рить; вы попробуйте. Я взялъ сигару и закуриль: сигара, точно, оказалась очень хорошею. — Довольны вы книгою? — началъ я, чтобы съ чего-ни-оудь начать. — Да,—отвечала торопливо Маня.—Это такъ по-русски: такое... действительное. — Вы любите более действительное? Девушка задумалась. — Я много читала,—начала она тихо:—но вы меня по