Пережитое и передуманное

— 30 -въ прг&зду американцев* и къ женитьбе государя наследника на датской принцесе, къ извЪшямъ о ходе новыхъ судебныхъ учрежденШ,—а тутъ вдругъ пришло извесше о м а с к а р а д е в ъ пользу канд1отовъ... Надо было видеть, какое впечатлите произвелъ ЭТОТЪ масварадъ въ Яссахъ не только на грековъ, но на молдаванъ н на нашихъ раскольни­ков*, съ которыми я уже успелъА сблизиться по моей страсти къ изучешю ихъ быта и верованШ. Тогда на улицахъ мне проходу не стало: греки чуть не на шею мне бросались за то, что я руссвШ, р тяжелое было чувство скрывать отъ нихъ, что я эмигрант*, и что Poccia навеки отъ меня зам­кнута,— совестно быть отрезаннымъ ломтемъ отъ того, что любишь и что уважаешь. Скопцы меня навещали, — они очень любили толковать со мной о своихъ веровашяхъ, о Россш, которую они до су-масшеств1я любят*, и справляться у меня о том*, что происходитъ у насъ. Съ первыхъ дней моего пр1езда на Дунай меня начала поражать страстная любовь къ Россш на­шихъ сектантовъ, бежавших* въ эти края за в е р у , за бороду, отъ рекрутчины, равно и несектантовъ, бежавших* — какъ тамъ выражаются — по с в о-