Памятники древней письменности и искусства. 127. Подделки рукописей и народных песен

святую со всего великаго народа11; Сахаров*,—продолжает* Везсоиов*, — „доказал* свою роль тысячью опытов*. Пря всем* тон*, мы не решились бы говорит* о почтенном* в* других* отношен1яхъ д*ятел*, сделавшем* все-таки много для словесности народной, не решились бы легкомысленно, если бы предварительно не взяли на себя труда проверить есть напечатанные имъ памятники устнаго творчества с* об­разцами неподдельными, до нас* уц*л*вшимн. Вывод* на­шего бевпристрастнаго сличешя оказался крайне неблаго-пшятенъ для издателя „Скавашй Русскаго народа* и „Рус­ских* народных* сказок* *. Довольно припомнить обделан­ный им* Стих* Б г о р ь я . . . . , довольно привести п*сню об* осад* Волока и Карамышев*, гд* Сахаровъ, по мнимым* историческим* требовашямъ, подставил* вм*сто Волока Псков*, вместо . Карамышева—Шуйсваго Ивана Петровича; в* пЬснях* бол*е мелких* онъ везд* почти стер!» особенно­сти местных* нар'ЬчШ, укорачивал* — удлиннялъ стих* по произволу, д*лалъ тЬ же поправки и вставки. Дошло до не- -обходимости создать уже какой-нибудь авторитет* подобных* поправок*: это и была знаменитая рукопись Бпжскаго, вы­веденная Сахаровымъ въ ссылках*, но не на показ*, ибо она гораздо бол*е сомнительна, ч*мъ Акимовсвая - Тати­щеве кал; и увидать ее въ томъ вид*, какъ она цитовалась, конечно, мы никогда не увидимъ." Перебравши подробно сказки изъ мнимой рукописи БЬльскаго, Кезсонов* останав­ливается на скаяк* объ Акундин*. „Рукопись Б*льскаго,— говорить он*,—„еще не вся: сл*дуетъ Сказка объ Акундин* н княз* Гл*б* Ольгович*. Долго было бы нам* по преж­нему разбирать язык*: онъ такой же пряный и уснащенный. Только лишь зачинается сказка, — „соизвольте выслушать, люди добрые, слово в*стное, приголубьте р*чыо лебединою словеса немудры я"—тотчасъ чувствуете съ Гоголем*, как* пошла писать распыщенная губершя. Все вступлеше Сказки пропитано ьтнми сладостями и жалостями: разсказываетсл,