Философия языка и семиотика безумия
Вадим Руднев — доктор филологических наук, филолог, философ и психолог. Автор 15 книг, среди которых «Энциклопедический словарь культуры XX века» (переиздавался трижды), «Прочь от реальности: Исследования по философии текста» (2000), «Характеры и расстройства личности» (2002), «Божественный Людвиг. Витгенштейн: Формы жизни» (2002), «Словарь безумия» (2005), «Диалог с безумием» (2005).Настоящая книга представляет собой монографию по психосемиотике — междисциплинарной науке, включающей в себя психоанализ, аналитическую философию, теоретическую поэтику, семиотику, мотивный анализ — которая разрабатывается В. Рудневым на протяжении последнего десятилетия. Суть авторского подхода состоит в философском анализе таких психических расстройств, как депрессия, невроз навязчивых состояний, паранойя, шизофрения и их составляющих: педантизма и магии, бреда преследования и величия, галлюцинаций. Своеобразие его заключается в том, что в каждом психическом расстройстве автор видит некую креативную силу, которая позволяет человеку, выпавшему из повседневной нормы, создавать совершенные произведения искусства и совершать гениальные открытия. В частности, в книге анализируются художественные произведения, написанные под влиянием той или иной психической болезни. С присущей ему провокативностью автор заявляет, что болен не человек, а текст.Книга будет интересна психологам, философам, культурологам, филологам — всем, кто интересуется загадками человеческого сознания.
Содержание
Содержание книги "Философия языка и семиотика безумия "
Отрывок из книги
Ф Р А Н Ц К А Ф К А . « О Т Ъ Е З Д » Во всяком случае, говорящему стало ясно, что слуга не намеревается исполнять его приказание привести лошадь из конюшни. В этом случае помимо простого повторения приказания возможны некие побудительные или вопросительные косвенные иллокутив¬ные воздействия, направленные на то, чтобы выяснить условия успешности иллокутивного акта. Например, говорящий может ска¬зать: «Ты что, не слушал, что я говорю?» или «Я, кажется, ясно сказал тебе, что бы ты привел из конюшни мою лошадь», или « Ты что — оглох, тебе что, надоело твое место?» и т. д. Ничего этого говорящий не делает. Вместо этого он сам идет на конюшню, нарушая одно из важнейших условий «направле¬ния приспособления между словами и миром». Статусы госпо¬дина и слуги подразумевают определенные речевые конвенции между ними. И тот факт, что господин в ответ на вольное или невольное непослушание слуги идет и выполняет действие, ко¬торое должен был выполнить слуга, является вопиющим нару¬шением правил языковой игры между говорящим-господином и слушающим-слугой. Здесь возможно было бы объяснение, в соответствии с которым между слугой и господином установились некие неформальные от¬ношения, вследствие которых господин вместо того, чтобы повто¬рить приказание, наказать слугу и т. п., просто обиделся на него как на равного, и его жест — то, что он пошел в конюшню, и сам оседлал лошадь — факт этой затаенной обиды. Однако дальнейшее развитие событий не подтверждает этой гипотезы. Оказывается, что слуга не просто отказывается повино¬ваться элементарным приказаниям господина и не только не соби¬рается следовать за своим господином, что было бы наиболее есте¬ственно, но он еще берет на себя смелость на осуществление ре¬чевого действия, которое явно не входит в его компетенцию как слуги, спрашивая господина о его намерениях. На что следует столь же неадекватная реакция господина. Вме¬сто того чтобы одернуть, поставить слугу на место, он покорно от¬вечает ему. В сущности, приведенный текст ...
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Философия языка и семиотика безумия (автор Вадим Руднев)", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку