Виноградники ночи

30более напоминающий сарай. Слева, за разросшимися кронами оливко-вых девевьев, угадывалась черепичная крыша еще одного дома. У стены развалюхи, склонившись над тазом, установленным на табурете, стояла девушка — такая маленькая, что Марк поначалу принял ее за девочку. У нее были длинные волосы, они мешали, падали на лоб. Девушка от-бросила их и, почувствовав взгляд, обернулась… Марк стремительно пересек двор и оказался возле девушки. Стремительность эта испугала ее — она отпрянула, встала возле двери. Марк приподнял шляпу: — Добрый вечер. Прошу извинить за вторжение! Она молчала, внимательно всматриваваясь в него. Словно некий образ возник перед ней, и она тщательно проверяла его соответствие с каким-то иным… Или сличала с фотографией, с которой не расставалась?Это цепкое разглядывание начало уже раздражать Марка.— Я не из полиции.— Вижу… Вас тоже интересует отец Феодор? Похоже, с этой девочкой можно играть только в открытую.— Верно!Задумчиво кивнула головой. — Подождите минутку.Взяла таз, подняла без усилий, скрылась за дверью. Марк огляделся: отсюда дом под черепичной крышей просматривал-ся лучше. Он был возведен по низу небольшого холма, отчего крыша оказалась на уровне середины стволов деревьев. — Вряд ли я могу вам помочь. Все, что я знаю, я уже рассказала ан-гличанам. Они допрашивали меня целый день!Он и не заметил, как она вышла из дома. Она смотрела на него, не мигая, широко открытыми глазами. Так смотрят дети, убедившие себя не бояться темноты.Он улыбнулся.— Я был бы рад, если бы вы мне помогли. Англичане мне тоже надое-ли… Впрочем, надо отдать им должное, они заасфальтировали улицы.— О, да! Когда я приехала сюда семь лет назад, была ужасная грязь!— Совершенно верно.— Вы бывали здесь раньше?— И здесь тоже.Помолчала, словно прислушиваясь к чему-то… — Проходите в дом. Не стоит разговаривать на пороге. Как вас зовут?— Марк.