Горнозаводские люди

теперь на лбу медаль сидит: камнем попали.Когда попали, я с воем пришел домой, а отец вто время дома был, ремнем меня отдул…Большое удовольствие было для нас коровсердить. Схватишь хвост коровы и давай еготаскать, а если корова бодливая, песку ейнакидаешь в глаза… Прохожим, особеннодевкам да таким ребятам, которые в сертукахходили, от нас не было спуска. Пройдет девка,мы с нее платок стащим; если она воду несет -наплюем в воду иди прольем. Она дерется, анам смешно. Идет барич какой (мы не любилибаричей или тех, которые в сертучках ходили),мы и давай плясать перед ним да глаза косить.Неймется ему, мы рядышком пойдем с ним идавай толкать его в бока, для того, значит, чтобырассердить. И если он заругается, - нам и любо.Мы и давай его передразнивать, как он ходит, иговорим; "Барчук пичук, в чужой огород залез,козу съел… свинья ему избу лизала". А если емуневтерпеж будет да он каменьями станеткидаться, мы убежим от него и кричим: "Пырниего! камнем его!.." И кидали каменьями, а самиубегали…Любили мы также в огороде воровать датоптать, что насажено. В огородах у нас в теперьчучелы поделаны. Стоит шест с перекладиной, ина него рубаха или рогожа надета, а внутри, зарубаху или рогожу, солома натолкана, как естьчеловек с руками, только ног нет, а вместо30