Озеро Сариклен

155— Да, да, я знаю.Он удивленно вскидывает глаза и так же быстро перестает удив-ляться.И вот она впервые видит его картины, а он — человека, который знает наизусть его стихи. И сколько! Эти никогда не печатавшиеся стихи, которые, как он думал, и вовсе никто не знает. Кроме узкого кружка друзей — никто. И вот...Картин здесь было мало. Основное — в Москве. Но — с нее доста-точно. Из озера Сариклен рождалось озеро Сариклен.Взглянув на эти картины, нельзя было сомневаться, что Озе-ро — живое, что оно глядит на вас, что Оно — любит вас, что Оно вас ждет... Это великое ожидание, этот зов, эта просьба, обращенная к душе — вот что было на картинах. Озеро? Само ли озеро? Озеро было прозрачно. И сквозь него, как сквозь легкое облако, просвечивало еще что-то и еще... Что? Здесь присутствовало нечто, чего не передать ни кистью, ни словом. Главное было то, что ни в одну картину не вме-щается. Картина была лишь путем Туда... Бесконечным путем в Бес-конечность...И Ольга вошла в Бесконечность.— Да... да... — услышала она обрывок фразы. — До сих пор были мои картины и зрители. А вы и есть моя картина.— Что? — не поняла она. И вдруг опять перестала слышать. И сно-ва слова:— Озеро — одно. Одинокий глаз. Полная одинокость. Люди на бе-регу. Где бы они ни были, люди — около . А Оно— одно... Но вот я увидел лицо, которое и есть Озеро. Озеро Сари-клен.Заря отгорела. Сумерки. Первые звезды. Маленький костер на холме. И огромное молчание.Он подбросил поленьев в костер, сел и неожиданно сказал:— Люди считают, что мир держится сам собой. Греются у костра. И совсем не думают о том, кто его разжег. И о том, что огонь надо все время поддерживать. Все-все время...Поленья потрескивали. Чуть шуршали ветки. А его голос сливался с этими ритмами, с этими звуками:— Рожают, хоронят... Но разве можно просто похоронить и все? Или родить и выбросить в мир душу — на ветер, на дождь, на мор, на боль... Нет, это невозможно. И живых, и мертвых надо ...